[Брет Харт: Хитман] Глава 3: Обучение ремеслу

В Феврале 1976 года, я наконец получил заветный диплом и cвалил к чертям из средней школы. Все мои братья на тот момент работали на папу в Stampede Wrestling. Было бы вполне естественно, если бы я пошёл бы по стопам своих братьев, но меня не устраивала такая жизнь.

Моему отцу понадобилось продать земли которые были куплены, когда он только-только переехал в Калгари. Цена была вполне нормальной — 1.5 милллиона долларов. Мы приняли новость со смешанными эмоциями, с одной стороны место в котором мы провели всё детство будет принадлежать кому-то другому, с другой стороны это была возможность выйти из долговой ямы.

К апрелю я работал в Occidental Petroleum, но у меня был план. Я с моим другом Джимом Каммингсом хотели обучится в киноакадемии, а затем основать свою студию. Нас приняли в Королевский колледж в Калгари, и наше обучение началось в феврале 1977 года.

Летом 1977 года я купил кино-камеру Eumig. Мы хотели снимать ужастики со страшными монстрами, выбор пал на мою игуану Снайдера. Я купил потрёпанный старый Ford Falcon, в качестве декораций служил двор Джима. К сожалению из-за смерти Снайдера сьемки зашли в тупик, так и не начавшись. В ночь перед первым днём киношколы, Джим отказался, и сказал что хочет работать с отцом — в то время начался бум строительства, и он ушёл работать к отцу.

Учёба в колледже не заладилась, я решил вернуться обратно к борьбе, но успехов я там особо не достиг. Я забросил мечту о создании фильмов, и устроился работать на кладбище — копать могилы и сгребать листья.

Верн Ганье, который был близким другом моего отца и по совместительству одной из ключевых фигур AWA пригласил меня в Миннеаполис, где я понял, что моё призвание это рестлинг.

Я закончил работать на кладбище, меня пригласили в AWA в качестве водителя и судьи. Работа была трудной, но я впервые почувствовал вкус настоящего реслинга. Я распивал пиво с реслерами, слушал рок-н-ролл в машине, помогал устанавливать ринг. Букер Лео стал одним из моих лучших друзей. Он учил меня, объяснял когда надо было делать финишер, когда сдастся, когда подняться на турнбакл и другим мелочам, которые вместе оказывали неизгладимое впечатление на фанатов.

Вместе со мной там начинал работать Жак Лефёвр (позже, вы могли его знать как «Маунти» Жак Ружо в WWF). За какие-то 15-20 минут на ринге, он зарабатывал в 2 раза больше чем я за месяц. Я потихоньку начинал осознавать чем мне заняться в будущем. К счастью среди знакомых были два японских реслера которые начали меня потихоньку учить. Они начали учить меня искусству реслинга, прямо в нашем подвале. Я думал что это не затянется больше 2-х недель, но они появлялись каждое утро, и 3-4 часа тренировали меня, это продолжалось много недель. Я схватывал на лету, быть может реслинг это моё предназначение? Многие реслеры хвастаются что «вышли» из подземелья Хартов, теперь я тоже имею на это право. Мой отец научил меня азам, а эти два японца всему остальному реслингу. Я обязан им всем.

Я очень быстро научился таким важным вещам как правильно слэммить противников, как правильно принимать слэмы, как защищаться от случайных ударов, как правильно прыгать с турнбакла, как создавать нужный звук при ударе. Самое важное правило было защищать оппонента, а не себя, потому что его карьера и жизнь в твоих руках.

Однажды после обычной тренировки, когда мои учители и папа собрались пить чай, они заметили «Стю, у твоего сына талант, он прирожденный реслер, у него кошачьи инстинкты. Я впервые вижу такие фантастические слэмы», в конце речи добавив «Он станет твоим лучшим сыном, Стю!» Отец гордился мной, но всё ещё мечтал что я когда-нибудь стану борцом и завоюю золото на олимпиаде.
Ещё в Калгари мои учителя Хито и Сакурада объяснили мне, что из-за низкого потолка, и отсутствия ринга они не могли обучить всему. Я возразил : «Когда я смогу научится разным модным движениям?» Хито усмехнулся «Остальное ты узнаешь сам. Узнаешь когда придёт время.»

Они думали что я был готов, а я думал, что нет. Но внезапно в дела вмешалась судьба.

Ðåéòèíã@Mail.ru   Rambler's Top100