[Адам Коупленд: На Грани] Главы 20-22

ГЛАВА 20

Теперь я был на втором и последнем курсе, и моё обучение в колледже подходило к концу. Мои мечты о реслинге были всё ещё живы, поэтому я старался участвовать в как можно большем количестве зимних туров смерти и шоу в Аяксе, Онтарио, где за мной наблюдал человек по имени Карл ДеМарко. Я этого не знал. Карл в конечном итоге оказал огромное положительное влияние на мою карьеру, и по сей день я считаю его своим другом. Я никогда не забываю тех, кто помогал мне.

Аякс – это, по сути, пригород к востоку от Торонто, и именно здесь судьба работала в мою пользу. Крошечная толпа около ста человек (включая орущих Джея и Кейта) увидела Секс и Насилие встретившихся со Джонни Свингером и Робом. Еще раз я пересекся с Шоном, который теперь работал не только в Пуэрто-Рико, но и в Мексике. (Он был уверен, что видел меня там. Он был не прав, на самом деле там он видел парня по имени Крис Джерико, который уже наделал шума. Но позвольте мне вернуться к моей истории о вмешательстве судьбы.) В это время Карл был бизнес-менеджером Брета Харта, и ему показалось, что он что-то увидел в Шоне, Робе и мне. Мы продолжали общаться, и вскоре после этого Карл взял бразды правления в качестве президента канадского отделения World Wrestling Federation. Ах да, судьба, она улыбалась. Карлу понравилась экипировка Роба а-ля Джушин Лайгер и стиль Луча Либре. Поэтому Робу позвонили и попросили прибыть в Сидней, Новая Шотландия, бороться с Хакуши, японцем, выступавшем с наклеенными татуировками по всему торсу. По словам Роба, матч прошел хорошо, но Хакуши не говорит по-английски. (Робу так и не удалось совершить прорыв. Он проводил случайные темные матчи для компании и открыл школу рестлинга под названием Squared Circle Training в Торонто.)

Всё это происходило, когда я заканчивал колледж. Мы с Дианой всё ещё были вместе, я всё ещё работал в Backstage Pass. На рестлинг-горизонте ничего монументального, казалось, не произойдет. Но, как это потом будет случаться все чаще и чаще, я был весьма неправ. Наивный я.

Вещи начинали выглядеть довольно мрачно. Я окончил школу, оставил работу в Backstage Pass и переехал в Роквуд, Онтарио. Крошечную деревушку в десяти минутах езды от Гуелфа, где я должен был пройти стажировку от колледжа. У меня не было работы, и я пытался выжить за счет тех мизерных денег, что остались от моей студенческой ссуды. Вдобавок ко всему, канадское правительство хотело, чтобы их школьный кредит, который в общей сложности доходил до $ 20,000, был погашен. Скажем так, у меня был уровень стресса Джорджа Кастанзы из «Сайнфилд». (прим. перевод. — «Сайнфилд» (англ. Seinfeld) — популярный американский телесериал в жанре комедии положений, впервые транслировавшийся по NBC с 5 июля 1989 по 14 мая 1998 года.)

10 мая 1996 года мрачные тучи над моей головой были разогнаны звонком от Джея. Судя по всему, Карл ДеМарко пытался связаться со мной, предлагая отработать матч на шоу WWF в Copps Coliseum в Гамильтоне. Том самом месте, где я так часто смотрел рестлинг и надрывался от восторга. Теперь у меня была проблема, как попасть в Гамильтон. Вот тогда Джей и Тоби Таурус пришли на помощь. Джей забрал мою маму, а затем Диану и меня, и мы отправились в Стальной город.

Моим противником в ту ночь был Боб «Хардкор» Холли, хотя на тот момент он был ещё в гиммике экс-гонщика НАСКАР (Spark Plug), в трико с клетчатыми флагами. Я прибыл в здание за три часа до шоу, не понимая, что на шоу, которые не идут в прямой трансляции, парни появляются примерно за час до звонка. У меня было достаточно времени, чтобы хорошенько понервничать. Наш матч был запланирован первым. Шоу началось в 19:30. Боб, который появился в 19.00, подошел ко мне и спросил, как долго я работаю. Я ответил правду: три с половиной года. Я понял, что честность, возможно, была неправильным подходом, когда Боб закатил глаза, хмыкнул и пошел прочь. Знай я Боба как сейчас, я бы рассмеялся. Но тогда я сказал: «Вот дерьмо», и пообещал доказать, что я на ринге не хуже его.

Они спросили моё имя на ринге, и я робко ответил Секстон Хардкасл. Это заставило некоторых людей поднять брови, но зато я был уверен, что теперь все будут ждать моего матча, чтобы посмотреть. Я чертовски нервничал. Кто б не нервничал? Я был новичком, двадцатидвухлетним молокососом. Джейк «Змея» Робертс, Рэйзор Рамон, Вэйдер, Последний Воин и все остальные были там, чтобы посмотреть, что я покажу! Я был готов для них даже переплыть близлежащее озеро Онтарио.

Как я собирался проявить себя, спросите вы? Одно слово: танцем. Крайне плохим и очень европейским. Ну в смысле, белым. Белее чем Курт Энгл, кушающий бутерброд с арахисовым маслом и желе с белым хлебом Wonder, а затем кусок яблочного пирога, запивая всё большим, пенистым стаканом гомогенизированного молока. И это, друзья мои, отбеленный Клороксом белый. Видите ли, на тот момент Секстон Хардкасл объединился с Джеем, который работал как Кристиан Кейдж, сформировав команду Suicide Blondes (Блондинов-Самоубийц). По какой-то непонятной причине мы решили, что танцы, очень плохие, получат реакцию толпы. Так Джей сделал танец под названием «Карлтон» (из «Принц из Беверли-Хиллз» (прим. перевод. – «Принц из Беверли-Хиллз» (англ. Fresh Prince of Bel-Air) — американский телесериал), и его движения очень напоминали его будущее пипаруни. В то же время, я был одной из наиболее ужасных версий бегущего человека, которую вы когда-либо видели. Со всем этим, как говорится, я думал, что мой дебют был прекрасной возможностью использовать моего, словно отбеленного Тайдом, бегущего человека. Я вышел на ринг под музыку, которую всегда использовал — Pantera «Walk», и нервы исчезли. Я поднялся на ринг и посмотрел вниз, на первый ряд, и увидел гордость на лице моей мамы. Я улыбнулся про себя и начал танцевать, как сумасшедший. Это выглядело, словно у меня был приступ.

Судья (а теперь и хороший друг) Тимми Вайт онемел. Позже он признался мне, с богатым провиденским акцентом, что он думал: «Что, черт возьми, этот парень делает?» Моя мама сфотографировала зрелище, как её сын делал себя. Она отлично поймала недоверчивый взгляд Тимми. По сей день, я смеюсь, когда вижу эту фотографию.


Можно услышать, как Тимми Eайт думает: «Секстон Хардкасл???»

Наконец Боб залез на ринг, и теперь было его время смотреть на меня с недоверием и стараться не смеяться. Со смехом у него всегда были проблемы, думаю, я ему понравился. Эй, если я был готов по большей части сделать из себя дурачка, со мной должно быть всё в порядке. Матч прошел хорошо и понравился зрителям, несмотря на то, что они не имели понятия, кто такой Секстон Хардкасл.

Это было начало.

Я вернулся через занавес и выслушал поздравлениям от Джейка, Воина и Рэйзора. Джейк сказал, что у меня есть «это». Воин сказал, что ему понравилось, и Рэйзор был готов помочь. Он сказал, всё, что я теперь должен сделать – привыкнуть работать перед зачастую тысячей человек, а не десятком. Им понравилось. Дорожные агенты Тони Гареа и Рене Гуле похлопали меня по спине. Джордж Стил сказал, что он посмотрит, что для меня можно сделать. За матч я получил 500 долларов США, что означало, что я смогу выжить еще несколько месяцев.

Вдруг свет размером из наперсток в конце тоннеля начал увеличиваться. Он стал, по крайней мере, с мой ноготь, и становился все больше с каждым днём. Все скептики, которые говорили, что World Wrestling Federation и рестлинг-карьера были несбыточной мечтой, замолкли. На самом деле, большинство превратились из скептиков в полноценных сторонников. Вот тебе на.

ГЛАВА 21

У меня были постоянные заказы в Детройте и немного туров с Тони Конделло по всем северным провинциям: Онтарио, Манитобе и Саскачеване. Я много разъезжал, но зарабатывал не так много. В Виннипеге я получил $ 75 за шоу, в Детройте — $ 100, а в Торонто я всё ещё собирал и разбирал ринг и боролся бесплатно. С моим скудным заработком я не мог продолжать жить в Роквуде. Это означало, что мне пришлось собраться и вернуться домой. С тех пор, как я переехал, моя мама снимала более дешевую, но при этом значительно меньшую квартирку. Я вернулся в Оранджвилль. Мысль о том, что моя цель — купить маме дом — постоянно грохотала в моем мозгу.

Мы вернулись к тем дням, когда не в состоянии были позволить себе телефон. Я был мужчиной, но был совершенно не в состоянии помочь с деньгами. Если бы я пошёл на постоянную работу, мне бы пришлось сказать нет рестлингу. Мне было двадцать два, у меня не было и двух копеек. Но моя мама, благослови ее Господи, никогда не сомневалась во мне.

Вскоре после того, как я вернулся домой, мы расстались с Дианой. Она поехала в Монреаль на стажировку, а я колесить по Канаде, занимаясь рестлингом. Дороги привели меня в Кливленд, штат Огайо, где Свингер, Джей, Джо и я получили заказ на два шоу. Два шоу, что в общей сложности собрали около пятидесяти фанов – я думаю, ребят в раздевалке было больше. Понятно, что это было не высокооплачиваемое предложение, но опять-таки, это был опыт. Это также была возможность засветиться, и Джей смог найти для нас несколько шоу в Теннесси.

Эдж и Кристиан
Хардкор в ICW; это в Детройте.

После Кливленда у нас было шоу в Ниагара Фоллс, мы приехали домой, чтобы упаковаться, и неожиданно осознали, что у нас совсем нет денег. Тем не менее, мы всё равно уехали в Теннесси. Сначала у нас было шоу в Детройте, которое снабдило нас монументальными денежными средствавми – $ 75, потом мы двинулись на юг. После шоу мы присоединились к поездке в Кентукки с Чичем (Чи Чи Крус) и встретились с теннессийским контактодателем Джея – парнем по имени Аллен. Мы были очень рады возможности поехать куда-то ещё. Мы определенно не потратили много времени, чтобы всё обдумать, Джей поверил Аллену на слово. Я доверился обычно здравому смыслу Джея. Кроме того, это был некоторый опыт в том, как это – чувствовать себя на чужой земле, и, надежда на то, что мы заработаем достаточно денег, чтобы вернуться домой как раз к Рождеству. По крайней мере, мы так думали.

Набившись в Додж Чарджер Аллена, мы медленно дотащились к небольшому городку Фолл Бранч (англ. «падающая ветка»). У меня было подозрение, что кроме ветвей там упало ещё несколько вещей. Такие как IQ и чистота. Наконец, после многих часов прослушивания по дорожке лучших хитов Lynyrd Skynyrd, мы приехали. Как жестоко, как это звучит, я очень пожалел, что мы это сделали. У меня было странное чувство об этой поездке с самого начала, и прибытие в дом Аллена подтвердило эти чувства. Нет, я жил и в менее комфортабельных условиях, но по крайней мере мы держали эти условия в чистоте. Чего нельзя сказать о доме Аллена. Полы были покрыты мусором. Тарелки были сложены горой под потолок. Вонь, как от сточных вод, заполнила дом. По всей ванной были муравьиные следы. Это было то место, где вам не хочется снимать обувь, не говоря уже о том, чтобы принять душ.

Это должно войти в историю, как худший месяц в моей профессиональной карьере. В довершение к и так паршивой ситуации, казалось, Аллен хотел зажечь весь штат. Его обещанные восемнадцать шоу закончились тремя, и одно из них было в сарае его отца по дороге. Мы отработали его бесплатно перед шестью человеками, сидящими на тюках сена. Тишина была оглушительной. Каждый имеет низкую точку в его карьере. Это была моя. Два других шоу были с интервалом почти в месяц. К тому времени у нас было около $ 50 у каждого на месяц. Это означало, что без учета стоимости билетов обратно, наши медленно сокращающиеся $ 50 предполагали около $ 2,50 в день на еду. Аллен спал весь день и прятал всю еду, что у него была. Когда ложились спать мы с Джеем, Аллен вываливал свои телеса перед телевизором, загружался фастфудом и смотрел рестлинг всю ночь. Мы таскались пешком до единственной кафешки Фолл Бранча и наслаждались нашим дневным рационом — кофе и бургером. Я сейчас вспомнил те дни и мне безумно захотелось есть!

Однажды вечером мы с Джеем отправились на рестлинг-шоу в соседний Джонсон-Сити. Мы попали туда, и Блондины-Самоубийцы смогли вписаться на шоу — бесплатно, конечно же. Фанаты были отличными, им поедали наше длинноволосое, канадское, белоое мясо, купившись на наши фэйсовские штучки. Смотря в зал в тот вечер, я быстро понял одну вещь: в рестлинг-среде Джонсон-Сити, штат Теннеси нет ничего популярнее маллетов! Я уже давно перестал носить эту прическу, Эдди Герреро мне нечего предъявить. Я гордо ходил с этим жутким злодеянием на вершине моего черепа в течение многих лет. Но вы видите, в какой-то момент я понял свои ошибки и последовал за толпой, забыв о маллете.

В предгорье Смоки Маунтин люди ещё не слышали, что благодаря грандж-музыке маллет умер ужасной смертью. Я не хочу переходить на громкие слова, но маллет не вернулся сюда. Он никогда и не уходил. Я хочу сказать, здесь были маллеты, фаллеты (женская версия), скаллеты (см. Пол Хейман), и возможно, худшая форма физического и психического злоупотребления, которое можно нагромоздить на ребенка …баллет. Да, народ, верите этому или нет, детский маллет!

После этого причесочного опыта мы вернулись в Фолл Бранч, ждать наше следующее шоу в Армори. Это шоу было памятным не из-за зарплаты в $10, а из-за ужасного удара палкой кендо, который я получил прямо между ног. Мало того, что Аллен обещал нам восемнадцать шоу и солгал, он также был виновен в этом инциденте! Аллен был букером шоу, и, как и большинство работающих букеров, поместил себя в главном событии против двух парней, которые могли сделать так, чтобы его предельные таланты выглядели хорошо. Мы отскакивали от него как теннисные мячи, а потом он неосторожно врезал по мне палкой, когда я лежал. Это вызвало наибольшую тошноту, которую я когда-либо чувствовал в своей жизни. Она довольно быстро сменилась гневом, и началось возмездие. Лишь немногие люди по-настоящему видели меня потерявшим самообладание. Я могу держать его под контролем. Вы должны действительно вывести меня. Облить грязью мою семью, моих друзей или ограничить мои шансы на репродукцию с помощью палки кендо. А после этого вам лучше быть увертливым и быстрым. Аллен понял это слишком поздно, и, когда он пытался прокатиться под нижним канатом (что было невозможно с его огромным пузом), Джей наконец-то меня усмирил. В конце концов, после того как я сам сделал себе массаж для комфорта (и вернулся к комфортному состоянию) (эй, у меня не было подружки), всё прошло. С другой стороны, у меня не было особого выбора.

Близилось Рождество, и мы с Джеем оба слегли с жестоким гриппом. То, что мы голодали, вероятно, разожгло огонь гриппа. У нас осталось два шоу, и они были в Северной Каролине. И очень неожиданно подоспела помощь — в виде Трэйси Смазерса, который в то время выступал в World Wrestling Federation под именем Фредди Джо Флойд. Он был заявлен на эти шоу и забрал с собой в Роли Аллена, Джея и меня.

В первую ночь в Северной Каролине мы остановились в доме финансового поручителя шоу. Мы пришли туда и я моментально затосковал по Фолл Бранч. Чувак был полноценным членом ККК. Я никогда не видел так много флагов южных штатов США. Джей и я не привыкли к такому большому количеству этой ненавистной в Канаде фигни, поэтому, понимая, что у нас нет никаких вариантов, мы быстро пошли спать и моментально заснули, словно Гомер, сбитый ударом виски из его повстанческого стакана. Трэйси давно работал в образе «южного» парня, но ему было так же неудобно, как и нам, поэтому на следующий день мы отправились на шоу пораньше. После шоу Трэйси отправился по своим делам, а мы смогли приземлиться в номере отеля, благодаря рестлеру по имени Майор Де Бирс. Это был наш последний матч тура, и, как и Теннесси, Северная Каролина получила матч Блондинов-Самоубийц. Мы до сих пор не заработали достаточно денег, чтобы добраться домой, так что нам пришлось поджать хвосты между ног и позвонить домой за помощью. Джей позвонил домой, и его родители положили на его банковский счет суму достаточную на автобусный билет. У моей мамы был теперь телефон, поэтому я набрал ее. Она взяла деньги с аренды за нашу холостяцкую квартиру и положила их на мой счет. Этой ночью мы спали на полу в каком-то доме, в котором мы каким-то образом оказались. Мы попали на автовокзал Грейхаунд на следующее утро и купили билеты на длинное путешествие из Ралей в Торонто.

Конечно, ко всем нашим неудачам, мы уснули и пропустили наш автобус. Мы, наконец, сели на автобус, который останавливался в Ричмонде, штат Вирджиния, из Ричмонда в Вашингтон. У нас была остановка, а у Джея было достаточно денег, чтобы купить бургер. У меня совсем не было денег, но у меня была банка тунца. За неимением консервного ножа мне каким-то образом удалось прорезать вверху отверстие моими ключами и съесть его руками. Это была моя единственная скудная еда до конца тридцатишестичасовой поездки. Из Вашингтона мы поехали в Нью-Йорк. Было 6 часов утра, и у нас было два часа до нашего следующего автобуса, и мы никогда не были в Нью-Йорке. Мы пробирались по улицам и пялились по сторонам словно два деревенских мальчугана, которыми, собственно говоря, мы и были. Затем дружелюбный ньюйоркец «попросил» у меня денег или кредитную карту. Я сказал ему: «Поверь мне, дружище, у меня нет денег, и мой банковский счет тебе не поможет». Понимая, что мы с Джеем были не в лучшем настроении, он передумал и свалил.

Мы поехали на автобусе из Нью-Йорка в Сиракьюз, затем в Баффало, в Лондон, провинция Онтарио, и, наконец, в Торонто, где нас ждали теплые медвежьи объятия г-на Ресо. Я никогда не был так счастлив видеть этого веселого, лысого дядьку! Я пришел домой в Рождественский вечер, приблизительно на семь килограммов легче. Мама приготовила тушенные рёбрышки и пельмени. Вспоминая мои теннессийские приключения, я могу смеяться. Не сердечным смехом, а скорее тихим смешком. Да пошла она к чертовой матери! Не верьте мне, все было дерьмовее некуда.

ГЛАВА 22

Хотя некоторые из моей семьи и друзей смеялись и сомневались в моём выборе карьеры, я продолжал стоять на своём. Отказ был не вариантом, и было уже слишком поздно, чтобы повернуть назад. После возвращения из Теннеси, мама долго откармливала меня, готовя к еще более жесткому зимнему туру смерти. Да, ещё хуже, чем первый. Это было в январе, и экипаж состоял из Джея, Роба, Джо, Кита, Чича и Райно, для которого это был первый тур. Он и понятия не имел, что мы включили его в поездку.

Мы снова отправились в путешествие по резервациям страшными зимними дорогами. По пути, подпрыгивая на громадных буграх, один из двух наших фургонов сломался. Поломка там может означать смерть, но, к счастью другой фургон был неподалеку. Мы с Джеем остановили его и поехали в нем, а остальные были вынуждены ехать в техническом фургоне — с рингом и принадлежностями. Мы же с Джеем запрыгнули в грузовик, расположившись между открытых канистр с бензином. За последовавшие шесть часов мы изрядно надышались, почувствовав себя Чичем и Чонгом. (прим. перевод. — комедийный дуэт, ставший популярным за счет темы свободной любви и еще больше — свободной любви к конопле.)

К следующей ночи наш пассажирский фургон был всё ещё неисправен, так что мы все набились в фургон с рингом. Представьте, ринг для реслинга, все наши сумки и восемь рестлеров буквально друг на друге в тесном фургоне! Помню, я был рядом с Китом, я не мог пошевелиться. Если бы мы попали в аварию, с нами было бы покончено. К счастью, вплоть до нашего последнего шоу в резервации под называнием Гадс Лейк Нэрроу ничего плохого не произошло.

После шоу мы решили, что хотим покинуть промерзшую тундру северной Манитобы и сделать двадцатичасовую поездку на юг к мягкому близкому к нулю климату Виннипега. Тони хотел остаться на ночь, но нас уже тошнило от обедов Крафт в комнате домоводства и сна на синих ковриках из спортзала. Унылые кровати и макароны за $ 2,99 из буфета самообслуживания нам окончательно опостылели. Из-за этого я предложил побыть водителем лишнее время, но за счет этого мы бы без остановок добрались до Виннипега.

Чтобы выехать из Гадс Лейк Нэрроу, мы должны были проехать через озеро. Потребовалось около часа, чтобы пересечь это озеро со скоростью шестьдесят км/ч. Это было самое большое озеро, которое я когда-либо переезжал поперек (название городка было «Гадс Лейк Нэрроу» — Узкое Божье Озеро, так что это предложение даже звучит как-то совсем неправильно). Была полночь, полная Луна вовсю отсвечивала на озерном льду, земли не было видно вообще. Это было чертовски жутко. Я должен был следовать за оранжевыми пилонами, чтобы остаться на якобы безопасной части озера, все это время оно издавало потрескивающие шумы. Местные жители потом рассказали, что это просто потоки подо льдом, что, естественно, не заставило меня чувствовать себя лучше. Тем не менее, из-за моих превосходных навыков вождения мы пронеслись над озером чуть более чем за час.

Позже, примерно в 4 утра, очень хотелось спать — даже несмотря на гремящую из динамиков Pantera. Как раз в это время я заметил, что мы приближаемся к концу озера. Только была одна проблема: отверстие заполненное водой размером с футбольное поле между нами и берегом! Я встряхнул головой, надеясь, что видение исчзенет. Оно не исчезло. Я вдавил педаль тормоза, перечислив все ругательства, известные человеку. Прежде, чем я остановил фургон, мой набитый до краёв груз спавшие рестлеры — дружно вывалился на лед. Фургон с рингом и вещами, что ехал за нами, смог остановиться прежде, чем врезаться в нас. Кроме кучки рестлеров, не было таких идиотов, чтобы гонять по этим «дорогам». Поэтому мы оказались в весьма крупных неприятностях (как в «возможной смерти»).

Мы все стояли на частично замерзшем озере в 4 утра в минус пятьдесят градусов по Цельсию. Мы были в шоке, наши челюсти упали в эту зияющую дыру. Наконец, бесконечно мудрый Тони решил, что будет безопасно переехать её. Он нашел палку, сунул её в ледяную воду, и там было только около 30 сантиметров в глубину. Всего лишь, черт возьми!! И она может стать глубже в любой момент. С меня этого было достаточно, поэтому я бросил ключи Тони и сказал: «Сходите с ума, босс», хотя я думал, что он уже это сделал. Райно, Джей, Роб и я, все забились назад в фургон, в то время как Тони действовал так, словно он держал ситуацию под жестким контролем. Вдруг, бах! Он завёл его, и мы поехали, примерно две мили (3-4 км) в час. Мы погрузились в яму и двинулись примерно так же быстро, как стадо черепах. Вода замерзала и билась о дно фургона. Мы приближались к красной черте и месту, где можно было припарковаться. Мы все кричали в уши Тони, перекрикивая Pantera. Но я должен отдать должное маленькому итальянскому ублюдку, он провёз нас через сотню ярдов (90 м) или около того. Райно действительно вышел из машины и вроде даже целовал покрытую снегом землю.

Это привело нас к следующей дилемме: более тяжелый фургон с рингом. Его вёл рестлер по имени Брайан Джуэл, и его план отличался от плана Тони. На самом деле там была небольшая, четкая тропа к берегу рядом с дырой, и он решил, что это путь, по которому можно проехать. К этому моменту мы все шли по этой тропе обратно к фургону с рингом, на случай если им понадобится какая-нибудь помощь. Тони попытался сказать Брайану, что это неправильный путь, но безрезультатно. Он проехал около двух футов и провалился колёсами под лед, всё ещё продолжая ехать вперед, погружаясь всё глубже и глубже. Вода разливалась везде, и было чертовски холодно. Можно сказать гипотермично холодно. Так что Кит, Джо и Чич, все вылезли из фургона с рингом, пытаясь избежать от воды. И тут случилось нечто еще более сюрреалистичное.

Я стоял рядом с Джеем, как вдруг он просто упал, будто кто-то отрезал ему ноги. Сначала я подумал, что он поскользнулся на льду. Нет, он провалился под лед по бедра. Вот это был на самом деле кошмар наяву! Теперь, вспоминая ту ночь, я могу посмеяться. Но тогда это было очень страшно (хотя мои пятки всё ещё смеются). Видя это, у Райно сдали нервы. Он увидел, как Джей провалился, и помчался изо всех ног — словно страус Роадраннер, его толстые, приземистые ноги вращались так же быстро. Единственной проблемой было, что паникуя, он зарядил в неправильном направлении, обратно к Гадс Лейк Нэрроу. К тому времени, когда он сориентировался и понял свою ошибку, Джей уже сам вылез из темных глубин. Как только мы поставили Джея на ноги, Райно в панике пронёсся мимо нас и снова сбил его на мокрую задницу. Я думаю, это было рождение Гора. Это была комедия ошибок. В то время Райно весил 147 кг. Я никогда не видел, чтобы такой плотный человек двигался так быстро. Джей закрутился как волчок, а Райно летел назад к безопасному фургону.

Джей брел к фургону, в то время как его штаны и сапоги быстро примерзали к ногам. Остальные из нас, опираясь на оставшийся лед и в то же время уклоняясь от гейзеров воды, пытались протолкнуть фургон с рингом на 3 метра назад до твердого льда. Наконец, Джо, Роб, Кит, Чич и я смогли вернуть его обратно к точке, где он впервые провалился. Нам ещё осталось приблизительно 60 сантиметров, чтобы дотолкать его на твердый лед. К этому времени было 4:30 утра. Мы устали и замёрзли, и мы просто не могли этого сделать. Вот тогда и была впервые произнесена ключевая фраза «Get the Rhyno». Он был самым сильным парнем в туре, так что я пошел за самым паршивым Человеком-Зверем. [Smackdown! 03.22.2001 (4-40)]

Когда я вернулся в безопасный фургон, Джей засунул босые ноги в вентиляционные отверстия обогревателя. Он дрожал изо всех сил, замерзшие ледяные носки торчали вверх из его ботинок. Райно сидел на среднем ряду, покачиваясь взад и вперед, и бормотал, как Дастин Хоффман в фильме «Человек дождя». Его бормотание было на самом деле молитвой. Он искренне думал, что мы умрем на этом замерзшем лесном озере на севере провинции Манитоба. Он был единственным американцем в поездке, так что он совсем не привык к такому. Наконец, я заставил его отпустить сидение и повёл его обратно на озеро, словно старушку, которую переводят через улицу. Как только я привёл его туда, Человек-Зверь проснулся и помог нам вытолкать этот чертов фургон. К тому времени солнце начинало выглядывать из-за деревьев. Фургон с рингом взял маршрут Тони и прошёл его до конца. В пол-шестого мы продолжили наш путь к Виннипегу.

Я хотел бы сказать, что это был мой последний зимний тур смерти, но это не так. В общей сложности я сделал около двадцати таких поездок, но все они того стоили. Это место, где у меня прорезались зубы в этом бизнесе, и я приобрёл несколько отличных друзей на этом пути. Тони, Дон Каллис, Бэд Ньюс Браун, Джерри Морроу, Джонни Смит, Чич, Ленни, и моя первая встреча с двумя парнями, известными как Крис Джерико и Лэнс Шторм. Большинство из этих ребят были умнее, и участвовали только в ТВ-записях для Тони. Что я могу сказать? Я с радостью брался и за самую трудную работу.

Ðåéòèíã@Mail.ru   Rambler's Top100