[Родди Пайпер: В Яме с Пайпером]: Глава 3 — Внутряк

Необходимое поясненине: для охарактеризования такого понятия как «внутряк» или «корпоративный юмор» рестлеров Родди Пайпер использует термин «to rib the square» — именно это выражение и является заголовком данной главы. To rib — это «подколоть», «Square» на сленге означает «дурачок». Литературного перевода у этого идиоматического выражения не существует. Поэтому вместо этой идиомы в главе будут использоваться слова «внутряк» или «юмор» или синонимичные понятия.


В общем, я стал одиночкой, который был готов на все, чтобы выжить. Это позволило мне преуспеть. Каждый вечер я поднимался на ринг, надирал кому-то зад или становился причиной бунтов. Чем агрессивнее я вел себя, тем больше обо мне говорили, тем известнее я становился. Но я не играл. Эта агрессия была частью меня, я научился выпускать ее на ринге. Мои выступления привлекали внимание промоутеров не только с Западного побережья, но и со всех территорий США. Майк ЛеБелл превратился в назойливого репортера, который каждый день напоминал всей стране, что у него работает один из самых денежных исполнителей. Я приносил деньги. Много денег. Несмотря на то, что я был хил, зритель меня любил. Мой уникальный «персонаж» и отношение к делу привлекали фанатов в рекордных для Лос Анджелеса количествах. Это все не могло пройти Винса МакМэна старшего, одного из главных игроков в нашем бизнесе, работавшего на Восточном побережье.

Ажиотаж был настолько велик, что Винс МакМэн все же пригласил меня в Нью Йорк для выступления в Мэдисон Сквер Гардене. Причем мне показалось, что это уже стало достоянием общественности, а я об этом еще и слыхом не слыхивал. По всей стране говорили, что в Нью Йорк едет некий вундеркинд! Это было удивительно, поскольку мне было всего 20 лет! Никогда и никого не приглашали в Нью Йорк в таком возрасте и в статусе мэйн-ивентера! Помню, ЛеБелл спросил меня, понимаю ли я, что такое МСГ?

— Ну это место, где много вредной китайской еды?
— Ты не понимаешь, что это?
— Майк, мне плевать, что это.

Майк покраснел.

— Черт, я пробил тебе букинг в Мэдисон Сквер Гарден! МЭДИСОН СКВЕР ГАРДЕН!!

Короче говоря, я отправился в Большое Яблоко.

Так сложилось, что в этой поездке я не просто провел матч, давший мне ценнейший опыт, я также получил не менее ценный урок жизни, став жертвой так называемого «внутряка» (то самое Ribbing the square — прим.ред.). Несмотря на то, что это никак не связано ни с побоями, ни вообще с контактом, «корпоративный юмор» — это одна из самых убойных вещей в про-рестлинге. Это можно назвать весьма извращенной формой юмора и, как вы можете догадаться, он может нанести серьезный вред психике.

Этот внутряк используется повсеместно. Его используют рестлеры, промоутеры, кто угодно. Цель одна — унизить ничего не подозревающую жертву, а иногда отчетливо намекнуть, что человеку тут не рады и лучше бы он убрался.

Помню, как-то у нас был рестлер из Портленда, который был очень популярен, но который считал, что получает слишком мало. Он всегда клянчил деньги, но П. (Термин для обозначения «промоутеров». Пайпер его частенько использует — прим.ред.) их ему не давал. В те дни NWA проводило ежегодные конференции в Вегасе. Промоутеры там общались, обменивались опытом, но главной темой разговоров всегда было, как бы снизить заработки рестлеров. Никто не хотел, чтобы рестлеры с Западного побережья начали требовать столько же денег, сколько хотят рестлеры с востока. Промоутеры хотели, чтобы рестлеры были спокойны в своем неведении.

И вот на одной из таких Конференций портлендский промоутер рассказал о трудностях, которые ему причиняет один рестлер. Промоутер из Канзас-Сити предложил ему помочь. Через несколько недель он приехал на шоу в Портленд, подошел к проблемному рестлеру и заявил: «Слушай, парень, а ты весьма неплох! Мне как раз нужен такой, как ты! Сколько тебе тут платят?» Рестлер подумал, что это его шанс. Он рассказал, что ему не очень нравится в Портленде, что он считает, что его недооценивают. Промоутер сказал ему, что мог бы пригласить его в Канзас — с семьей и детьми. Ему бы подыскали домик, школу для детишек, и все такое. Но чтобы тот не порол горячки и не сжигал мостов. Рестлер «повелся» и переехал

На шоу его пригласили один раз. И все. Представьте себе его состояние — он бросил работу, приобрел новый дом, перевез детей, устроил их в школу, после чего нарвался на такое поведение промоутеров, указавших ему место. Такой внутряк может серьезно испортить жизнь.

Я уже сталкивался с такими вещами, но в тот раз в Нью Йорке все оказалось намного серьезнее.

Сразу после того, как ЛеБелл назначил мне этот матч, он начал трезвонить на всех углах, что я отправляюсь в Нью Йорк. Он трещал об этом везде, чтобы каждая домохозяйка по телефону с подругами обсуждала именно это. В Мэдисон Сквер Гарден прибыли промоутеры отовсюду — из Японии, из Германии. Все, кто хоть как-то был задействован в рестлинг-бизнесе, приехали в МСГ. Все хотели посмотреть на «вундеркинда с западного побережья».

Я серьезно готовился к поездке, решил немного подкачаться, провел не один день в качалке. Нью Йорк — это территория больших парней, там были популярны и успешны такие гиганты как 240-килограммовый гигант Андре или уже знакомый мне Билли Грэм, там не было ребят легче 130 килограммов. В этом мире гигантов я был настоящим лилипутом: рост не больше 185 см, вес не более 100 кг. Я понимал, что должен стать хоть чуть-чуть больше.

Еще я подумал, что для Нью Йорка мне надо бы пройтись по магазинам. Я приобрел новую кожаную куртку, что влетело в пару сотен долларов (что для меня тогда было весьма немаленькой суммой), но я не жалел о покупке, потому что хотел произвести хорошее впечатление. Кроме того в моем гардеробе на тот момент были всего пара джинсов, зеленый вельветовый костюм и мокасины. Ясно было, что для того, чтобы выглядеть успешным рестлером, этого маловато. Когда настало время отлёта, Киллер Брукс отвез меня в аэропорт. Однако когда я уже был в дверях, неожиданно я что-то почувствовал какой-то невероятный страх. Я повернулся, подошел к Бруксу и попросил отвезти меня домой. Он не понял, что происходит. Я повторил свою просьбу. Киллер сел на водительское сидение и поехал, постоянно поглядывая на меня, словно я свихнулся. «Какого черта этот парень делает? Это же Мэдисон Сквер Гарден??»

На его непонимающий взгляд я ответил, что у меня дурное предчувствие.

Я просто понимал, что ни за какие сокровища я туда не полечу. Он отвез меня домой, я соврал Майку, что была нелетная погода и рейс отменили. Единственный раз я так сильно перетрусил, что могло привести к серьезным конфликтам между Майком и Винсом МакМэном! Впрочем, через неделю ЛеБелл подошел ко мне и сказал, чтобы я не волновался, что он договорился об еще одном матче. Я вскричал, что не хочу туда ехать!

В МСГ давали шоу каждые 3-4 недели, поэтому Майку пришлось серьезно постараться, чтобы договориться о моем букинге. Но теперь мне было еще страшнее. Почему? Понятия не имею. Спросите Зигмунда и его братишку Фрейда. Может, у них будет ответ? единственно, что я осознавал, — это что я должен ехать в Нью Йорк, но безумно этого не хотел. Что делать? Майк помог мне заполучить шанс, которого не было ни у кого никогда! Шанс, который без него мне мог просто не выпасть. Шанс стать известным в 20 лет. А я всячески пытался от этого шанса спрятаться. Ценой невероятных усилий Майк передоговорился об этом шансе. Шансе для меня! Как я мог подвести его дважды подряд? В общем, я понял, что от шанса мне никуда не уйти. Я собрал все свои силы и решился на поездку в Нью Йорк, где получил серьезный урок жизни, закаливший меня и как про-рестлера, и как человека.

Я прилетел в Нью Йорк и добрался до арены. Должен признать, я очень серьезно нервничал, но на мне была моя маска! За кулисами меня поприветствовали настоящие легенды — помню, там были Капитан Лу Альбано, Фредди Блэсси, Великий Волшебник, Доменик Денуччи, кто-то еще.. Все старались сделать так, чтобы я чувствовал себя максимально комфортно.

Лу, Фредди, Волшебник — все подходили и рассказывали, что следили за мной по ТВ, хвалили меня и шутили, что я им там не нужен, я слишком хорош. Я слушал их и думал про себя, «неплохой такой комплимент». Все пожелали мне удачи, похлопали по спине. Я подумал, «Так чего я боюсь? Все не так плохо!» неужели, я готов к матчу своей жизни?

Я зашел в раздевалку, забился в самый дальний угол, надел килт, борцовки, взял волынку и приготовился. Волынка — это деревянный духовой инструмент. Поэтому перед началом игры нужно немножко увлажнить трубки. Это может быть не очень удобно, особенно, если вы находитесь в небольшой раздевалке, где вместе с вами находятся еще много рестлеров. Но я привык, что люди странно реагировали на странные звуки, издаваемые волынкой. Они быстро привыкали.

Что я понял, так это то, что я окружен совершенно незнакомыми мне рестлерами. На западном побережье куда бы я ни приехал, меня окружали друзья, знакомые, менторы, учителя или даже «отцы». Здесь же были абсолютные незнакомцы. Я полагал, что ко мне настроены благосклонно, однако быстро понял, что на самом деле за своими улыбками они прятали насмешки.

Настал момент моей славы. Я оделся, вышел в коридор, немножко поиграл на волынке. Перед самим матчем я решил немного разогреться, поэтому за 10 минут до начала матча я оставил волынку в сумке и решил сделать немного отжиманий в холле. Это должно было ненадолго, но немного визуально увеличить мои мышцы. Не забывайте, и я так карлик! Поэтому я сделал пару сотен отжиманий, вернулся, забрал волынку и пошел к самому знаменитому рингу в истории рестлинга.

Это был второй матч шоу, я и мой противник оказались на ринге. Анонсер попросил тишины. Он сказал, что Родди Пайпер специально для всех сыграет шотландский гимн на волынке! Аудитория никак не хотела успокаиваться, на это ушло 3-4 минуты. И вот, когда все затихли — что стоило немалых усилий, попробуйте заткнуть 24 тысячи ньюйоркцев! Я понял, что все они смотрят на меня. И зрители, и рестлеры, и промоутеры. Все замерли в ожидании представления от вундеркинда.

Я был уверен в себе. Я продул трубы и начал играть. Но я дул в трубку, сжимал меха, но ничего не происходило! Я работал легкими, левым локтем, но не было ничего! Я запаниковал — какого черта? Мое лицо стало красным, я посмотрел на анонсера, который держал микрофон и ждал. Мой оппонент терял терпение. На лицах зрителей было написано: «С этим все ясно. Отправьте его домой. Нам нужен настоящий рестлинг».

Я сдался, отбросил волынку, набросился на противника и удержал его за 2-3 минуты. После этого я вернулся в раздевалку, не понимая, почему это произошло. Парень из ниоткуда, чудом попавший на самую известную арену в мире, где выступали самые великие из легенд. И я облажался. Все ожидали музыку и хорошего матча, а я дал им ничто. Я опозорился. В раздевалке я сел на скамейку и стал смотреть в пол. Мне было очень стыдно.

После всего этого Винс МакМэн передал мне, что если в будущем его заинтересуют мои услуги, он позвонит сам. Это стало первой черной отметкой на моем резюме. В тот день я стал одним из самых больших неудачников в бизнесе. По крайней мере, до следующего шоу.

Во время полета в Лос Анджелес, я начал изучать инструмент. И представьте себе мою ярость, когда я засунул руку в чантер (трубка с игровыми отверстиями для пальцев — прим.ред.) и понял, что мне туда напихали добрых два метра туалетной бумаги! Я был в бешенстве. Позже мне рассказали. что это сделал Блэсси. Этот ублюдок улыбался мне в лицо, заготовив такой унизительный трюк.

Прошли годы перед тем, как я узнал, что же на самом деле произошло. И я понял, что когда они говорили «Мы не хотим, чтобы ты тут задержался, ты слишком хорош, из-за тебя мы можем потерять работу», — они не шутили. Они чувствовали угрозу со стороны меня! Они были испуганы, что я перееду на эту территорию и им придется «подвинуться»! Но свою цель их саботаж достиг. В своем дебютном выступлении в Нью Йорке я провалился, став настоящим посмешищем для всего бизнеса. Это было очень унизительно, но еще хуже было понимание того, что прожжённые ветераны сыграли шутку со мной, с маленьким пацаном, лишив его мечты оказаться в крупнейшей территории в бизнесе. Пройдет еще добрый десяток лет перед тем, как меня снова пригласили в Нью Йорк.

В тот день в Мэдисон Сквер Гарден я получил очень важный урок. Много лет спустя я снимался в одной из серий «Крутого Уокера: Правосудие по-Техасски». Я очень хорошо подружился с исполнителем главной роли в сериале Чаком Норрисом. Мы хорошо поладили не только потому, что оба были актерами и любили спорт, но и потому, что любили хороший юмор. Мы рассказывали истории — он о киноиндустрии, я о рестлинге. И помню, он сказал, что терпеть не мог, когда над ним подшучивали по-злому. Я согласился и рассказал о своем первом приезде в Нью Йорк.

Я рассказал, как потом сильно переживал, что после того инцидента еще дальше спрятался за своей «маской». Но я знал, что рано или поздно надо справиться с этим. Я объяснил Чаку, что тогда я приобрел толстенную носорожью шкуру, которая с каждым годом становилась еще толще и толще. И вспоминая тот мой позор, я понимаю, что это стало для меня очень важным уроком: больше я ни разу не позволил никому подставить или пошутить, или подколоть меня. Обмани меня раз — позор тебе. Обманешь меня дважды — позор мне.

Еще один известный «внутряк» случился чуть раньше. И в результате него под угрозой была жизнь рестлера. Дважды! В «прикол» были вовлечены двое рестлеров, которые придавали слишком много внимания своим поступкам, что чуть не привело к трагедии. Один из них был Джонни Валентайн, большой парень, который выходил к рингу в халате, разглядывал бесновавшихся фанатов, считавших его богом, а потом просто бравших одного из них за голову и сильно толкал его от себя. Как-то в Хьюстоне, когда я был молодым, мы оказались на одном шоу. И я видел его матчи — он как всегда был великолепен.

Другим парнем был Джей Йорк, с которым я много времени провел в Лос Анджелесе. Он был за 2 метра ростом, лыс и с бородой. Он носил рубашку «Пендлтон», не застегивая ее, демонстрируя мощную волосатую грудь. Вокруг пояса он носил мощный ремень, на котором болтался большой охотничий нож, а на ногах у него были джинсы и мощные ботинки. Да, я совсем забыл про огромный кнут, который, как я уже рассказал вам, в свое время спас меня на одной из Ярмарок.

И вот они оказались на одной территории, на одном шоу. И они стали пытаться «поддеть» друг друга. Поначалу в «шутливой» форме. Валентайн, например, любил наложить дерьма в ботинки рестлеров. В этом он достиг совершенства, у него была совершенно неповторимая манера «венчать» свое дерьмо эдаким «рожком» как у мороженого. В общем, надеюсь, у вас хватит фантазии это представить. Черт, это ж как надо расстараться, чтобы не только нагадить в ботинки, но еще и выдать этот «рожок»!! Это что-то! Это надо уметь!

А еще как-то, когда они были в Канаде, он не поленился, протащил от какого-то крана шланг и облил новенький Кадиллак Йорка водой. На дворе стоит самая настоящая канадская зима, а его машина превратилась в большую глыбу льда. И не забывайте про дерьмо в ботинках. С «рожком».

Где-то месяц спустя Джей нанес ответный удар. Когда Джонни напивался в ночном клубе, Джей договорился со сварщиком, который приварил машину Валентайна на парковке к какой-то арматуре. Помню, в 4 утра Джонни, пошатываясь, вышел из бара, сел в машину, завел мотор, но машина не двигалась. Валентайн был пьян в стелку, он не замечал арматуры, жал на газ, искры летели во все стороны, пахло жжёной резиной. Джонни вылез из машины, споткнулся об эту арматуру, ударившись и крепко выматерившись.

Теперь была его очередь.

У Джонни был «Халибёртон» — модная запирающаяся на замок сумка, которую не все могли себе позволить. В то время «Ролекс» и «Халибёртон» были настоящими знаками успеха. У Джонни были и то, и другое. Когда мы выходили на матчи, мы сдавали Валентайну ценные вещи, он запирал их в сумке — для сохранности.

Учитывая, что Джонни был мэйн-ивентером и выступал в конце кардов, большую часть шоу он проводил в раздевалке, закулисами. И вот в один день он подметил, что Джей, страдавший астмой, оставил без присмотра свой ингалятор. После каждого матча ему требовалось несколько сильных ингаляций, чтобы прийти в себя. Джей был на ринге, поэтому Валентайн вылил из него лекарство и залил жидкость для зажигалок. Джей вернулся, взял ингалятор, мощно вдохнул и упал замертво. Он не мог дышать.

Валентайн к тому моменту был на ринге, проводя свой 40-50-минутный матч. Когда Джей смог прийти в себя, он понял, что произошло и пришел в бешенство. Он сходил к своей машине, достал ружье и пронес его на арену под курткой. Когда Джонни вышел из душа, Джей приставил к его голове винчестер и показательно дослал патрон. Валентайн почему-то засмеялся, но это его спасло, потому что это разрядило обстановку и Джей, несмотря на то, что по-прежнему был взбешен, отвел ружье от Валентайна.

Но зато он нацелился на его «Халибёртон» и выстрелил, проделав в нем дырку сантиметров на 15.

Из сумки вывалились все кошельки, драгоценности и документы, а дюжина рестлеров, находившихся в раздевалке, после этого оглохли на два дня — настолько громким был выстрел! Джей потом рассказал, что его смог отвлечь лишь смех Валентайна, из-за которого они посмотрели друг другу в глаза. Если бы не это, он бы застрелил его.

Впрочем, Джонни так и не понял, что он не на шутку разозлил Джея. Он это понял на следующий день, когда его машина не завелась, он поднял капот, увидев там динамитную шашку! Правда, взрыватель был отсоединен, но Джей дал понять, насколько близко тот был к смерти.

В конце концов они примирились, поняв, что всему есть предел.

Ну или мы так думали.

Прошли несколько месяцев, у нас было шоу, Джонни пошел в душ. В раздевалке были Харли Рейс и еще пара ребят. Они потихоньку расслаблялись при помощи выпивки. Неожиданно в комнату залетел Джей Йорк, наставил на Джонни, который только-только вышел из душа, револьвер, заорал, что тот его в конец достал, что он уже предупреждал Вэла больше не доставать его никакими приколами, что предупреждал, что отправит его на тот свет. После этого он выстрелил.

Джонни отпрянул в угол душевой, хватаясь за грудь. Везде была кровь, мы подумали, что случилось ужасное. На лице же Йорка образовалось выражение, словно что-то идет не так. Тем временем Харли спокойно нагнулся, достал из сумки свой пистолет и наставил его на Йорка, спрятав под полотенцем, приказывая тому убрать пушку. Тот не послушался. Тогда Рейс показательно взвел курок. Джей был в замешательстве. Тут Валентайн снова засмеялся, вышел из душа, показывая, что это была не кровь, а всего лишь кетчуп!

Все были шокированы. Даже больше не самим инцидентом, а тем, что Харли чуть было не застрелил Йорка! Но я не мог поверить, что сам попался. Я же рассказывал вам правила ношения револьверов — первая камора пустая! Вторая — пустая. Йорк надул всех нас!

Валентайн же был настоящим гением и на ринге, и за его пределами. Я ему понравился, он мне частенько давал полезные советы. Он говорил, что «я не могу заставить их полностью поверить в реальность рестлинга. Но я запросто докажу, что я сам настоящий!» Я запомнил эти слова на всю жизнь, взяв их на вооружение.

Одним словом, три с половиной года пролетели, настала пора прощаться с Лос Анджелесом, с Лео Гарибальди, с Джином ЛеБеллом. Настала пора поздороваться с Портлендом (Штат Орегон), где меня ждали мой старый друг Бадди Роуз и промоутер Дон Оуэнс. С Бадди мы познакомились в AWA Верна Ганье, но я не видел его несколько лет. А потом он неожиданно стал заезжать в Лос Анджелес, чтобы засветиться. Роуз выступал в Портленде и был там одной из самых ярких звезд, он меня как-то звал к себе, но я отказался. Впрочем, чем дольше я думал о его предложении, тем больше оно мне нравилось. Я понимал, что для того, чтобы пробиться на самый верх, мне нужно было становиться больше, больше и больше.

И это было серьезным вызовом, серьезным карьерным шагом. Очень сложно было на это решиться, потому что именно в Лос Анджелесе я стал поистине топовым рестлером. Уехать же и начать по сути с начала — нужно было набраться храбрости. Я был королем Лос Анджелеса! Что я, спятил что ли?? Для чего уезжать из города развлечений на дикий север, чтобы выступать перед горсткой лесорубов? И как об этом сказать Гарибальди и ЛеБеллу? Это просто сделать неизвестным или непопулярным рестлерам, вокруг которых не строится букинг промоушна. Но если все сюжеты и вся жизнь промоушна завязана на одного рестлера, уйти из этой компании — это очень серьезный шаг, после которого чувствуешь, что ты должен промоутерам, которых покидаешь. Кроме того эти двое выдающихся личностей столько сделали для меня, для зеленого пацана! Лео, настоящий гений рестлинга, подготовил меня для ринга в психологическом плане. Джин помог мне сформироваться физически. Под их чутким руководством я смог сформировать свой собственный стиль. Стиль, который отличал «Бунтаря» Роди Пайпера от кого угодно. Благодаря им я стал рестлером, который сделал рестлинг броулингом. Тогда я смог научиться такому рестлингу, о котором говорило множество людей. Рестлинг, в котором техничности не было места! В моем арсенале появились новые приемы, подходящие разве что для уличных драк: удары ногами, попытки ткнуть противника в глаза, «крюк», удушения, «кроссфэйсы».. Все это до меня редко кто использовал на регулярной основе.

И все же несмотря на множество сомнений, которые меня преследовали, я все же решил ехать в Портленд. Здравым смыслом это решение совершенно не пахло, но никто не мог обвинить меня в том, что я струсил.

Последним, что мне сказал Лео, было «Спасибо тебе за твою кровь и твою отдачу, парень». 3.5 года мы провели вместе, и он все же не пожал мне на прощанье руку. Но такова природа рестлинга. Рестлеры приходят и уходят. Не следует пытаться с кем-то сблизиться. Лео и Джин научили меня, как добиться успеха. Я покинул Лос Анджелес сформировавшимся про-рестлером, готовым на что угодно и к чему угодно, крошка — как сказал бы Педро Моралес. Я был готов принять любой вызов от кого угодно. Я ничего не боялся.

Ðåéòèíã@Mail.ru   Rambler's Top100